BReader.ru

ИЕРУСАЛИМ 1998. В мире есть только один город, в который нельзя спуститься, в него можно только восходить, оставляя около его древних стен остатки своей гордыни и прежней, далеко не праведной жизни. Этот город — Иерусалим. Даже если вы спускаетесь в него с окружающих гор, вы все равно в него поднимаетесь. В еврейском языке не существует такой формы, которой можно было бы выразить мысль «я спустился в Иерусалим»! Да что выразить, об этом нельзя даже подумать, сам язык не дает такой возможности. А если бы она и была, еврей бы ею не воспользовался: все его национальные, эмоциональные и религиозные устремления восходят к Иерусалиму. Есть в еврейском языке специальный глагол, который с древности ...

В христианском мире существует веками устоявшееся неприятие идеи перевоплощения. А редкие труды православных и католических мыслителей, защищающие или хотя бы исследующие ее, остаются читателю неизвестны. Христианский богослов и священник Р. Фрилинг, исследуя Священное Писание и историко-философские материалы, полемизирует с распространенным учением, отрицающим существование души с момента смерти человека до Страшного суда, делает определенные выводы о влиянии идеи реинкарнации на повседневную жизнь и нравственное сознание людей.В сфере мировоззрений в наше время особенно обращает на себя внимание двоякая тенденция. С одной стороны, все сильнее распространяет свое влияние — не в последнюю оч...

Простые граждане очень любят нравственность. Их хлебом не корми — нравственность давай! Они ругают безнравственное телевидение, но смотрят его. Они гневаются на безнравственную желтую прессу, но потребляют ее. Они поносят современные нравы, но жить, как в Средневековье, не хотят. Они весьма почитают Библию как «основу нравственности», но читать ее не желают.Зато саму нравственность в чистом виде простые граждане просто обожают и требуют от правительства и прочих инстанций ее насильственного внедрения. Каких таких инстанций? Это не секрет. Кто является в нашей стране монополистом в области нравственности? Кто отсыпает ее страждущим незадорого, как бакалею в магазине? Бьюсь об заклад, опросите...

Не надо думать, будто во времена, предшествовавшие новоевропейскому рационализму, тема чудотворства была безопасной. Она могла быть прямо-таки скандальной. Без определенных презумпции, даваемых верой и вероучением, сюжет чудотворства вызывает неизбежные ассоциации с действиями и притязаниями мага — самозваного или, еще того тревожнее, настоящего. Что можно сказать по этому вопросу специально о времени и месте, в которые происходило становление христианской литературы? Если скептический при всем своем легковерии адепт греко-римской культуры склонен в то время был относиться к тривиализованному в его ежедневном опыте амплуа отовсюду подступавших чудотворцев-целителей с непочтительным любопытст...

Как единодушно отмечают комментаторы, и старые, и новейшие, первый псалом — это вступление ко всей Псалтири в целом. Среди других псалмов ему принадлежит особое место. По-еврейски Книга Псалмов называется, как называлась уже во времена Кумранской общины, Книгой Хвалений (z-hrr.-zz [сэфэр теннлим]); но ведь псалом 1 — если и «хваление», славословие Богу, то лишь косвенно, не в узком и строгом смысле. Другое, может быть, еще более древнее наименование Книги Псалмов, сохраненное в Иерусалимском Тал­муде (YerBer 4, 3, 7b-8a: YerShab 16. 1, 15с; YerTaa2. 2, 65с) и отра­зившееся в родственной языковой традиции сирийских христиан. -Книга Песнопений ( [сэфэр мпзморот], сир. cutaba dmaziiHire); но со...

Библейское мировоззрение вообще, в особенности же миро­воззрение писцов, этих профессиональных служителей и как бы при­ближенных домочадцев Премудрости, создавших так называемую сапиенциальную литературу, каноническую (Иов, некоторые псал­мы, особенно Екклесиаст и Притчи) и девтероканоиическую (Кн. Иисуса, сына Сирахова, Премудрость Соломона), — мировоззрение это обнаруживает одну важную, бросающуюся в глаза и подлежа­щую постоянному учету особенность. Оно систематически рассмат­ривает ценности, которые мы назвали бы интеллектуальными, как нечто несравнимо большее. Тонкость ума, имея своим началом и кор­нем «страх Божий» (Прит. 1:7; 9:10, ср. 15:33 и сл., также Иов 28:28 и проч.), представля...

В начале… А кстати, что было в начале? Слово… но какое? «Законы роботехники», впервые познакомившие меня с фантастом Азимовым, или автобиографическая книга «Пока память зелена», открывшая неизвестного прежде человека Азимова? Информация о сотнях книг по всем, кажется, областям знания, написанных популяризатором Азимовым, или одна из них, та, что вы держите в руках?. Когда, с какой поры – с какой книги, ибо они ведут счет жизни литератора, а не часы и календари, – я открыл для себя этот странный феномен по имени Айзек Азимов. Думаю, что совсем недавно, во время нашей первой и пока единственной очной встречи. Не с книгой – с человеком.Впервые оказавшись в Нью-Йорке, я не стал противиться искуш...