BReader.ru

A Song of Ice and Fire is told through the eyes of characters who are sometimes hundreds or even thousands of miles apart from one another. Some chapters cover a day, some only an hour; others might span a fortnight, a month, half a year. With such a structure, the narrative cannot be strictly sequential; sometimes important things are happening simultaneously, a thousand leagues apart.In the case of the volume now in hand, the reader should realize that the opening chapters of do not follow the closing chapters of so much as overlap them. I open with a look at some of the things that were happening on the Fist of the First Men, at Riverrun, Harrenhal, and on the Trident while the Battle of ...

ШАГОХОДЫ ТИПА «ЧАСОВОЙ», оборудованные грузовыми манипуляторами, не предназначались для участия в бою. Забытые и Проклятые достали где-то пару таких машин — или захватили их, или их пилоты просто перешли на сторону врага, как многие гвардейцы во время этой войны — и имперских эмблемы на машинах были осквернены.Теперь эти «Часовые» шли в бой, чтобы сеять смерть. Они шагали среди полчищ мутантов и других тварей Хаоса, сокрушая защитников Улья Альфа своими металлическими клешнями.Взвод солдата Борща занимал позиции на окраине опустевшего жилого района. Пока им удавалось сдерживать поток врагов, но появление «Часовых» угрожало изменить ситуацию.Устранить эту угрозу было поручено отделению Борща....

— Зачем ты веешь, ветер?.. Внизу, в пропасти, океанский вал тараном грянул в неподатливый утес и несокрушимый камень вдрогнул от вершины до самого основания, словно зная — настанет день, и вековечный приступ морских волну увенчаеся успехом; рухнут вниз гордые бастионы скал, и вода, словно победоносное войско по трупам врага, пойдет вперед, вперед, вперед и бессильно рассыпавшиеся острым крошевом граниты не смогут уже помешать.— Зачем шумишь ты, море?..Тянет, тянет на одной ноте высокий, пронзительно-режущий голос, и кажется — слышно его далеко-далеко окрест, идет этот голос, ничуть не слабея, через каменистые сухие степи, через придавленные дождями и временем холмы — до самого Зачарованного ...

Я писал предисловие к первой книге и теперь — к последней.Ни слова предупреждения не будет сказано здесь: это не принесет пользы. В своих руках вы держите последний из Келвийских Свитков, последний из богохульных трудов безумца с островов Келла. Либо вы готовы сопротивляться тому, что узнаете, либо нет. Либо вы получите малиновую ленту выпускника, либо будете вздернуты на виселице Золотого Древа. Так зачем же я обращаюсь к вам?. Ответ прост: сейчас — момент, когда будет открыта последняя истина. Впереди каждого учащегося ждет либо смерть, либо избавление. Сейчас — время отбросить ложные утверждения и неправильные представления ради верного понимания нашего прошлого… и нашего будущего. До тог...

Минули месяцы. Многое случилось, и многое выскользнуло из моей памяти. Малозначимые детали я помню, тогда как важные вещи забыты начисто. Что-то знаю от третьих лиц, об остальном могу только догадываться. Да и как часто мои очевидцы лгали самим себе?. Волею обстоятельств я оказалась в стороне от активной жизни, и мне не было известно, что нарушена важная традиция и никто не вел записей о подвигах Отряда. И тогда я растерялась. Могло показаться самонадеянным с моей стороны браться за перо. Опыта у меня нет. Я не историк, тем более не писатель. И разумеется, я не обладаю наблюдательностью, чуткостью и проницательностью Костоправа.Итак, я попытаюсь ограничиться изложением событий, насколько сам...

Все мы рождаемся обреченными, как говорят мудрецы. Все мы сосем грудь Смерти.Перед этой молчаливой монархиней склоняются все. Повелительница теней лишь пальцем шевельнет – и перышко, кружа, падет на землю. Нет никакой логики в ее песне. Достойные уходят молодыми. Негодяи процветают. Она королева властителей хаоса. Дыхание ее студит души.Мы нашли город, основанный когда-то ради поклонения ей и такой уже старый, что он забыл о своем предназначении. Мрачное величие его богини поблекло, забытое всеми, кроме осененных ее тенью. Но теперь Арче грозила более непосредственная опасность: призрак прошлого пытался просочиться в настоящее сквозь стены замка, вознесшегося над городом. И потому Черный Отр...

Уже не первый век известен мировой литературе феномен писателей-однокнижников. Я имею в виду не тех, кто действительно написал за свою жизнь одну-единственную книгу, вроде отца американской НФ Хьюго Гернсбека с его «Ральфом 124 С 41 +», хотя подобных ему было немало. Речь о других. Признайтесь, кто из вас может сразу, навскидку, назвать книги Сервантеса — помимо «Дон-Кихота», разумеется? Держу пари, лишь очень и очень немногие вспомнят хоть одно его произведение — настолько застилают собой всё остальное приключения хитроумного идальго из Ла-Манчи… А между тем перу дона Мигеля принадлежат романы «Галатея» и «Странствия Персилеса и Сигизмунды», сборник «Назидательные новеллы», трагедия «Нуманс...