BReader.ru

Алый свет заходящего солнца все еще озарял самые высокие бастионы горной гряды, и в его меркнущем сиянии казалось, будто склоны холмов охвачены огнем. Слетающий с высот прохладный ветерок громко шелестел высокой сухой травой, которая будто река расплавленного золота стекала по склонам холмов вниз, к тенистой плодородной долине.Он стоял по колено в траве, засунув руки глубоко в карманы грубой хлопчатобумажной куртки, и смотрел на раскинувшиеся внизу виноградники. На зиму лоза была подрезана коротко, а новый вегетативный период едва-едва начался. Несмотря на это дикая горчица, которая разрослась между рядами в зимние месяцы, уже была выполота, а ее корни — запаханы в черную, плодородную землю....

Я видела её…. Видела её бездыханное тело, и запутанные волосы. Видела разорванное легкое платье и кровь, застывшую кругами на её бледной коже. Видела огромные глубокие разрезы по всему телу и, самое ужасное, я видела в её открытых глазах ужас и боль, прочувствованные ещё при жизни…. Её рука безжизненно вывалилась из ванны и длинными тонкими пальцами касалась холодной плитки, такой же холодной как сейчас было её тело. По локтю стекала густая, темно-алая полоска, по запаху напоминающая ржавчину, или еще что-то очень соленое и не приятное. Я схватилась дрожащей рукой за рот, и еле сдержалась от приступа рвоты.Внезапно, что-то потекло по моему лицу. Когда жидкость коснулась руки, я поняла, что п...

Он снова был в самолете, падающем на огни ночного Голливуда.Несколько секунд назад аэроплан еще был серебристым красавцем с двумя зелеными пропеллерами, а теперь он разваливался по швам, как мокрый картонный ящик. Управление вышло из-под контроля, он не мог удержать штурвал. Самолет падал. Он проверил, на месте ли лямки парашюта, и попробовал отстегнуть фонарь кабины. Он дернул за скобу, но фонарь не раскрылся. Замки порыжели от густой ржавчины. Пропеллеры остановились. Из моторов повалил черный дым. Самолет нацелился носом на приземистые, уродливые здания, расположенные по обеим сторонам бульвара Голливуд. Ветер гудел и свистел в фюзеляже.Он не сдавался. Это было не в его правилах. Он сража...

Детективний роман «В Багдаді все спокійно» - чергова розповідь книжково-кінематографічного серіалу «Інспектор і кава» або «Київський детектив у стилі ретро». Дія цього твору, як і попередніх, відбувається у Києві в 70-х роках минулого ХХ століття. Головні герої серіалу - інспектор карного розшуку столичної міліції капітан Олекса Сирота та його вчитель і начальник підполковник Іван Борисович на прізвисько Старий - зіткнулися з загадковими і жорстокими вбивствами, аналогів яким не пригадували навіть ветерани кримінального розшуку. І ще одна дивна обставина - КДБ, що зазвичай пильно контролював усі міліцейські розслідування резонансних кримінальних справ, цього разу демонстративно самоусунувся....

Где-то в июле 1946 года Жан дАллюэн встретил Салливана на каком-то франко-американском собрании. Через два дня Салливан принес ему свою рукопись.Тогда же он сказал, что считает себя скорее черным, нежели белым, хотя и перешагнул за разделяющую их черту; известно, что каждый год многие тысячи «черных» (признаваемых таковыми законом) исчезают из листов переписи и переходят в противоположный лагерь; это внушало Салливану некое презрение к «хорошим черным», кого белые с подчеркнутой теплотой позлопывают по плечу в литературе. Он придерживался мнения, что можно вообразить себе и даже встретить черных, которые так же жестоки, как и белые. Это он и хотел самолично доказать в этом коротком романе, н...

Ее звали Эмили-Энн. Девятилетняя девочка с черными кудряшками, длинными ресницами и кожей цвета карамели. В ушах крошечные золотые сережки в виде колечек. Во лбу два отверстия от пуль, выпущенных из девяти миллиметровой полуавтоматической «кобры».Была суббота, но я работала по настоятельной просьбе шефа, Пьера Ламанша. Вот уже четыре часа я корпела в лаборатории, исследуя сильно поврежденные человеческие останки. Вдруг дверь распахнулась, и в просторное помещение для вскрытия стремительно вошел сержант-детектив Люк Клодель.Мы с Клоделем как-то раз работали вместе. И хотя отношения между нами сложились вполне нормальные, даже можно сказать, наметилось нечто вроде взаимного уважения, со сторон...

- Вот ведь срамотища! А, девчата?. Бабка Митревна виртуозно сплюнула себе под ноги шелуху от семечек и повернулась за поддержкой к подругам. Сидящие рядом на лавочке «девчата» – бабки Сергевна и Пална – согласно закивали. На прошедшей мимо них девушке были такие короткие шорты, что из-под них выглядывали двумя живыми улыбками нежные, как у младенца, складочки.- Вот так вот разоденутся, вернее, разденутся, а потом плачут: «Ай, маньяк, ой, снасильничал и убил».- Чевой-то ты про маньяка вспомнила? – поджала губы Пална.- А товой-то, - Митревна с достоинством поправила концы завязанного под подбородком платка. – Время его пришло. Лето. Полнолуние. По прошлом годе на полнолуние двоих убил. И позат...