BReader.ru

Если много пить (не воды, а чего покрепче), восприятие мира изменяется. Портятся перспективы. Невский скрючивается, а Мойка, напротив, распрямляется. Двоятся предметы. Смотришь на жену – а их две. С одной стороны – хорошо: две больше, чем одна. С другой стороны – а если скалкой врежут? Дуплетом?. Море опять же, как гласит пословица, становится «по колено». Эта метаморфоза тоже может обернуться как благом, так и бедой. В последний Новый год на Гагаринской произошел показательный случай, который долго обсуждали вся милиция и вся «скорая помощь». Пьяный гость выскочил на крышу (во многих питерских домах чердачные замки раскурочены ищущими тепла и уюта бомжами). Трезвый – вообще непьющий! – хозя...

Если много пить (не воды, а чего покрепче), восприятие мира изменяется. Портятся перспективы. Невский скрючивается, а Мойка, напротив, распрямляется. Двоятся предметы. Смотришь на жену – а их две. С одной стороны – хорошо: две больше, чем одна. С другой стороны – а если скалкой врежут? Дуплетом?. Море опять же, как гласит пословица, становится «по колено». Эта метаморфоза тоже может обернуться как благом, так и бедой. В последний Новый год на Гагаринской произошел показательный случай, который долго обсуждали вся милиция и вся «скорая помощь». Пьяный гость выскочил на крышу (во многих питерских домах чердачные замки раскурочены ищущими тепла и уюта бомжами). Трезвый – вообще непьющий! – хозя...

Такими словами начиналось письмо. Вынув конверт из почтового ящика в парадном моего дома, я, как обычно, там же, в парадном, вскрыла его, ещё до того, как начала подниматься по лестнице к себе на пятый этаж. Возможно, делала так не столько из любопытства, сколько из желания оправдаться перед самой собой: вот, иду медленно, с остановками, поскольку читаю письмо. Преодолевать одним махом все эти длиннющие лестничные пролёты в доме старой постройки я уже давно не могла себе позволить.Вот и сейчас остановилась на пятой ступеньке, хотя сегодня и не чувствовала себя особенно усталой. Просто письмо меня озадачило.Посмотрела на адрес — все правильно, адресовано мне и адрес мой, о ком же это написано...

Флетч включил свет и заглянул в кабинет.Стены, за исключением высоких окон и узкого пространства за письменным столом, уставлены полками с книгами. Два больших обитых красной кожей кресла, диванчик, кофейный столик.На письменном столе черный телефонный аппарат.Флетч набрал «0».— Соедините меня с полицией, пожалуйста.— Дело срочное? — осведомилась телефонистка.— Уже нет.Над столом висела картина Форда Мэдокса Брауна — деревенская парочка, идущая по своим делам навстречу ветру.— Позвоните, пожалуйста, 555-7523.— Благодарю вас.Флетч позвонил.Флетч взглянул на часы. Девять тридцать девять.Прикинул, сколько времени потребуется полиции, чтобы добраться до квартиры 6В.Вернулся в гостиную, налил себ...

– Все суки, все! – мрачно сказал Сева Фокин, закусывая солёным огурцом очередную порцию розового мартини. – Я, Вася, потерял веру в человечество ещё в утробе матери.– Вчера ты говорил, что мир прекрасен, а все люди ангелы, – удивился Лаврухин, которому не досталось ни огурца, ни мартини.– Ты тоже сука, Вася… Вот на хрена ты мне, лучшему детективу страны, предлагаешь искать трусы и лифчик какой-то зажравшейся профу… фу… фу… – Слово «профурсетка» вдруг показалось Севке страшным архаизмом. – Профурсуки! – закончил он мысль.– Я же тебе говорю, – в сто первый раз начал объяснять участковый Лаврухин, – это не простые трусы! И лифчик не-не-не-непростой! – От волнения Лаврухин стал заикаться. – Это ...

1. Алиция – невероятно гостеприимная хозяйка дома.2. Зося – подруга Алиции, приглашенная провести скучный отпуск в ее доме.3. Павел – сын Зоси, молодой человек, только что окончивший школу.4. Эдик – старый поклонник Алиции, приехавший по ее приглашению, но раньше назначенного срока.5. Лешек – друг Алиции, приехавший без приглашения.6. Эльжбета – дочь Лешека, самостоятельная молодая дама, в Дании проездом.7. Эва – красавица полька, жена датчанина, постоянно проживающая в Дании.8. Рой – муж Эвы, обожающий жену сверх всякой меры.9. Анита – журналистка, ведущая весьма активный образ жизни.10. Генрих – датский муж Аниты с ангельски спокойным характером.11. Герр Мульдгорд – датский полицейский со ...

Естественно, били барабаны, самбы, ритмы накладывались на ритмы на фоне ритмов. Накануне Карнавала этот современный город с населением в девять миллионов человек на юге Атлантики вибрировал от все убыстряющихся барабанных ритмов. Со всех сторон, каждую минуту, днем и ночью накатывал бой барабанов.— Не поняв Бразилии, вы не сможете осознать будущего, к которому идет мир, — изрекла стройная сорокалетняя бразильская писательница Марилия Динис. Зонт над столиком уличного кафе на авениде Атлантика бросал тень на ее глаза, яркие лучи солнца освещали рот. Она пожала хрупкими плечами. — К сожалению, никто не в силах понять Бразилию.Марилия сидела напротив Флетча в легком платье с узенькими бретелька...